Он писал музыку, которая спасала города, и молчал, когда от него требовали слов. Его судьба — это партитура, где трагедия и триумф слились воедино, а финальный аккорд до сих пор отзывается в сердцах миллионов. В 2026 году весь мир отмечает 120-летие со дня рождения великого композитора XX века Дмитрия Шостаковича. Его мелодии звучат в концертных залах, кино, видеоиграх и мобильных телефонах.
Маленький вундеркинд
Дмитрий родился в городе на Неве в 1906 году. Поначалу он вовсе не проявлял интереса к роялю. Дима рос в семье, где музыка была воздухом. Отец, инженер–химик, страстно любил петь романсы. Мать, пианистка, давала ему первые уроки игры на фортепиано. Митя сел за инструмент в девять лет. Преподаватели быстро заметили: абсолютный слух, феноменальная память, техническая свобода.
Уже в 13 лет юный музыкант поступил в Петроградскую консерваторию — сразу на два отделения: фортепианное и композиторское. Здание не отапливалось, студенты сидели в пальто и перчатках, снимая их лишь для того, чтобы сыграть модуляцию на ледяных клавишах. Последовавшие вскоре голод, разруха, смерть отца – всё это не остановило юношу.
Шостакович сочинил Первую симфонию для дипломной работы. Она стала сенсацией. Премьера состоялась в Ленинграде в 1926-м, и композитор вспоминал:
«Исполненье было превосходное. Успех огромный. Я выходил кланяться пять раз. Всё великолепно звучало».
Партитуру попросил для концерта в Берлине дирижёр Бруно Вальтер, а затем симфонию сыграли в США. Автор мгновенно стал известен всему миру. Лео Арнштам, советский кинорежиссёр, писал:
«Ошиблись те, кто принял его Первую симфонию за юношески беззаботную, жизнерадостную. Она исполнена такого человеческого драматизма, что это даже странно представить, что 19-летний мальчик прожил такую жизнь…»
Сумбур и слава
В начале 1930-х Шостакович — дерзкий экспериментатор и любимец публики — написал оперу «Леди Макбет Мценского уезда», которую поставили под названием «Катерина Измайлова». За два сезона её исполнили десятки раз в Москве и Ленинграде, играли в Европе и Америке. Зарубежные критики отмечали чувственность и эмоциональную глубину сочинения.
Но всё разрушилось в одночасье. Спектакль Большого театра посетил Иосиф Сталин, а через два дня в федеральной газете появилась статья «Сумбур вместо музыки». Оперу объявили «антинародной», а Шостаковича — формалистом, чуждым советскому искусству. Большинство его произведений исчезло из репертуаров. Композитор отменил премьеру Четвёртой симфонии, которая увидит свет лишь четверть века спустя. Каждую ночь он ждал ареста — в коридоре стоял чемоданчик с тёплыми вещами.
Переломной стала Пятая симфония, написанная в 1937 году. В советской печати её назвали «деловым творческим ответом советского художника на справедливую критику». Дирижёр Мстислав Ростропович вспоминал, что овации длились почти час, а зал рыдал.
Пожарный Шостакович
В первые месяцы Великой Отечественной композитор оставался в Ленинграде. Работая профессором консерватории, вступил в добровольную пожарную дружину. Во время дежурств на крыше тушил зажигательные бомбы, а в перерывах писал одну из самых знаменитых симфоний XX века — Седьмую, «Ленинградскую». «Не знаю, как сложится судьба этой вещи, – признавался он. – Досужие критики, наверное, упрекнут меня в том, что я подражаю «Болеро» Равеля. Пусть упрекают, а я так слышу войну».
В октябре 1941 года композитора с семьёй эвакуировали в Куйбышев. Там же прошла премьера партитуры. Четырёхлетний Максим, сын Шостаковича, сидел в зале — мама давала ему конфеты, чтобы он не расплакался.
Но главное исполнение случилось в блокадном Ленинграде. Партитуру доставили через линию фронта на самолёте. Музыкантов отзывали с передовой, искали по всему городу. В августе 1942-го назначили исполнение. Дирижёр вспоминал:
«Когда оркестр вышел на эстраду, весь зал встал… Трудно передать атмосферу, царившую в переполненном зале».
Концерт транслировали по радио. Его слышали в квартирах, на улицах, в окопах. Говорят, что командующий Ленинградским фронтом отдал приказ любой ценой подавить огонь противника, чтобы ни один снаряд не помешал музыке. Все 80 минут немцы молчали.
Репетиция большого симфонического оркестра, Ленинград. 1942 г. ФОТО: Анатолий Таранин
Повороты судьбы
В 1948-м Дмитрий Шостакович и другие композиторы–новаторы были обвинены в «формализме» и «буржуазном декадентстве». Его уволили из Московской консерватории, музыку запретили. Мстислав Ростропович вспоминал:
«В 1948 году, придя в Консерваторию, мы увидели на доске объявлений приказ: «Шостакович Д. Д. более не является профессором по классу композиции в связи с несоответствием профессорской квалификации…»
Семья осталась без денег. На помощь приходили домработницы. Они приносили всё, что у них есть, и говорили: «Бери, Дмитрий Дмитриевич, потом отдашь». Он брал и писал «в стол»: Первый скрипичный концерт, вокальный цикл «Из еврейской народной поэзии», пародийную пьесу «Антиформалистический раёк», высмеивая предъявленные обвинения.
Через год ситуация вновь неожиданно изменилась. Раздался звонок Сталина. Он лично приказал ехать на Всемирную конференцию. За рубежом на мероприятии композитор зачитал подготовленный текст. Позже, размышляя о своём пути, признавался другу: «К сожалению, был трусом. Но если бы вы видели всё то, что в жизни видел я, вы бы тоже стали трусом». 1960-й ознаменовался вступлением в Коммунистическую партию и назначением на должность председателя Правления Союза композиторов РСФСР. Несмотря на все испытания, Дмитрий Шостакович выстоял и передал эту способность – жить и творить вопреки – своим детям и внукам.
Семья как спасение
Всю жизнь Дмитрий Дмитриевич искал опору в родных. Три брака, двое детей — и за каждым союзом стоит своя история. Его первой женой стала Нина — астрофизик, яркая и независимая женщина. Они познакомились в 1927 году. В семье родилась Галина, а через пару лет — Максим. Нина стала ангелом-хранителем: взяла на себя весь быт, ограждая мужа от забот, которые Шостакович совершенно не выносил. Сын вспоминал: «Он не мог пойти в магазин, не знал, что такое жировка, как заплатить за квартиру».
Максиму он доверил свои симфонии. Тот стал известным дирижёром. С дочерью вышло иначе: в детстве она пробовала заниматься музыкой, но дело не пошло. Галина выучилась на биолога, о чём никогда не жалела. Написала книгу об отце.
В 1954 году супруга скоропостижно скончалась от рака. Для Дмитрия Шостаковича это стало ударом, от которого он не оправился до конца жизни. Позже женился на Маргарите, работнице ЦК ВЛКСМ, но союз оказался недолгим. Настоящее счастье пришло, когда познакомился с Ириной, редактором издательства. Ей было 27, ему — 56. Она стала его музой, другом и главной опорой.
Гений творил на пределе возможностей: из–за поражения нервной системы у него отнималась рука, а затем и ноги. Их брак продлился 13 лет — до самой его смерти. Но музыка осталась. Она звучит каждый день — в филармониях и на стадионах, в кино и в наушниках. Потому что Шостакович — не просто композитор. Это эпоха, которая продолжается.
Во время одного из концертов. 1967 г. ФОТО: Михаил Озерский
Инара Дакаева
«МВД Медиа»
Заглавное фото: Лев Иванов
